Первое, что сделал Леша, попав в Центр, - разбил окно в воспитательской.
Как Лёша в начале хотел стать футболистом, а потом монахом.
От автора
Первое, что сделал Леша, попав в Центр, - разбил окно в воспитательской. Объяснительные летели во все стороны, но юноша продолжал хамить, дебоширить. Синдром отмены переживался им очень остро. В этот период всегда разговоры ребят только и есть что о дозе, но здесь добиться чего-то другого было попросту невозможно.

Ситуацию в школе невозможно было улучшить, потому что внимание воспитанника задерживалось на уроках не более чем на пару секунд, далее шли упоенные рассказы о девушках и употреблении, рассказанные с увеличенной на два скоростью, за потоком мысли уследить было невозможно. Когда очередь дошла до прочтения «Отцов и детей» И. С. Тургенева, Леша сопротивлялся как лев, отказываясь брать в руки книгу.

В следующий раз я пришла к нему с кратким содержанием. Посмотрев на десять страниц печатного текста, Леша в своей обычной излишне веселой манере сказал: «Ну краткое содержание — это когда страниц мало. А кстати, знаете, как я употреблять начал?», ответ о том, что я знаю эту историю уже в 10 -ти различных вариантах не убедил его в том, что рассказывать ее вновь не стоит.

«Отцов и детей» получилось «победить» только пересказав их на современный лад, охарактеризовав Базарова как «dead inside». Казалось, что учение никогда не заинтересует Лешу, пока ему в руки не попалось задание сделать презентацию об одном из залов Эрмитажа. Оказалось, что подвижный как ртуть мальчик может часами сидеть и подбирать идеальный фон для очередного слайда, неожиданно в нем открылось умение создавать визуальную красоту, видеть ее, а главное, что ему это нравилось.

Раньше Леша занимался футболом, был в юношеской лиге и подавал надежды. Матч с юношами из кадетской школы был первым за долгое время его выходом на поле. Он был как рыба в воде, «Тело помнит» - говорил он, подбегая, чтобы попить воды. Навыки игры в сильной команде были на лицо. Всем остальным воспитанникам, которые играли в команде с Лешей в тот день, крепко досталось от него за неумение принять передачу и за «кривые ноги». На этом интерес Леши к графическому дизайну сменился неистовым рвением стать главным футболистом страны.

После летнего похода с «Школой странствий», измученный долгими переходами по Рыбачьему, но непобежденный Алексей рассказывал, что собирается уйти в монастырь, потому что там тихо и спокойно. 

Пробыв нас курсе год, Леша ушел, полный идей, с чем можно связать свою жизнь.
Спустя месяц он вернулся в состоянии изменённого сознания, говорил, что просто разок сорвался и хочет исправиться, но только своими силами. «Только не реабилитационный центр! Я сам смогу, я видеть больше наркотики не могу! С судимостью никуда не берут, пойду работать в «Красное и белое», там скидки на алкоголь, пить же можно!». Все разговоры, которые велись с ним в этот вечер и на протяжении всего курса о том, что алкоголь — это тоже вещество, ничуть не лучше наркотиков, прошли сквозь него как через песок. Его тяга была куда сильнее, чем желание наладить жизнь.

Сейчас Леша продолжает верить, что жизнь наладится сама собой, параллельно готовясь стать отцом.

С появлением синтетических наркотиков таких историй всё больше. Но это лишь доказательство того, что помочь можно только тем, кто готов принимать эту помощь. В каждом подростке есть потенциал, который очень хочется раскрыть, показать ему на что он способен, взять на руки и вынести из прошлой жизни – но так это не работает. Он должен найти выход сам. А если искать его он не хочет, никто не сможет ему помочь.

Варя Васильева, специалист по социальной работе.